«Однажды утром Чарский чувствовал то благодатное расположение духа, когда мечтания явственно рисуются перед вами и вы обретаете живые неожиданные слова для воплощения видений ваших...». Скользят, как на коньках, эти строки, пролетают мимо перелётными птицами. Это «Египетские ночи». О высоком неведении всех наших искушений и сомнений это написано; в том самом «расположении духа», когда стихи «легко ложатся под перо» и «звучные рифмы бегут навстречу стройной мысли». Есть это в поэзии – нечто до-словесное, только ещё ощущаемое, только ещё ищущее слов : «МЕЧТАНИЯ», «ВИДЕНИЯ». Слова, затем, приходят сами, оказываются неожиданными для самого поэта. Пушкин, в данном случае, говорит о самом процессе, о «стиходеланьи».
Гёте, как и Пушкин, старых представлений о поэзии – или искусстве вообще – не утратил, когда назвал искусство высказываньем несказанного. Несказанное, это как раз те мысли и чувства, те «видения» и «мечтания», которые обычным языком высказать нельзя, которые только и поддаются выражающему, воплощающему высказыванию.

Многие, не имея таланта постичь сущность поэзии, начинают, по выражению Толстого, «стараться во что бы то ни стало сделать что-то новое, необыкновенное», и тогда искусство «идёт к чёртовой матери»!

Творческий акт поэта осуществляется всё-таки не в подборе слов по признакам новизны, неожиданности (для читателя) и остроты, а именно в воплощающем высказыванье. Слово, оторванное от человека не может не распасться на самовитые – обессмысленные слова.


ДЕНЬ ОТКРЫТЫХ ДВЕРЕЙ

По горячим следам нашей прогулки по родной Москве
7-8 ноября 2026 года

Люблю я день – родной,
московский, в стороне
От дум печальных о разбившейся стране;

Люблю любить – поверх загонов и вольеров
Для крупного рогатого и мопсов в панталонах;
На золотых цепях несут рассвет в кулонах,
Смеются дамы на руках у кавалеров!

На башню грёз как бы напялена тиара,
В глубинах росписей настенных Ренуара –
Игриво ластится к губам твоим спуманте.
И миг осенний, вставший на пуанты,
Застыл, остановился, ждёт сердешный...

Торопим шаг, безумствуем потешно!

Люблю я настежь день! – безлюдные покровы,
Когда с поклоном встречным «будь-здоровы»
С галантной вежливостью не произносимы!
Ни вера не нужна, ни плач веков Зосимы;

Ни с водкой гам непрошенных гостей,
Ни сводки поглупевших новостей,
Ни свары всех калибров и мастей!

Люблю свободный день, на детский смех похожий,
И переулок рука об руку погожий!
Остатки роскоши, открытых в чувства глаз,
встречая улыбающихся нас,
воздаст навстречу радостный прохожий,

Навстречу чувствам, непочатым, как спуманте,
А может то – просекко, иль фриззанте?

Весёлый кок вращает в супе мантры,
Весомый вкус, пролётом из Непала,
Чтобы в погонах не приснился облик впалый
Последней Родины в окрестностях разгрома –
До основания! – мы вышли ввысь из дома –
И не вернулись, вместе со страной..

Теперь обходим людство стороной...

В случайный переулок – шаг московский,
В котором не грохочет Маяковский...
Гороховский – не сеет дождик манной,
На радость старости во всей Старо Басманной
Есть ещё краешек уютной простоты...

Шаг вместе!
В месте этом, просто, ты
Сегодня так вольготно хороша!
Здесь на двоих одна куражится душа!

Здесь на полотнах вглубь возводят акварели,
И в правильную сторону смотрели –
Туда, где Лобачевского прямые,
Пусть, параллельные, но сходятся,
Немые остановились в пол куранты прочных башен,
Здесь серый волк и серый цвет – не страшен!

Мы вслух идём : от Сальвадора до Дали,
От Мандельштама без пальто, с безумной горстью на ладони
Сахары сахарного с голодом песка –
До номерка – на русском, на латыни, на латуни –
О том, что отменяется тоска :

Унынию объявлен выходной.
И я иду всю жизнь – к тебе одной,
Иду любить смотреть
на ветер в створе

в развалочку седого переулка...

И что-то, как надкусанная булка,
Лежит, валяется на сердце в уголке...
С кофейным ароматом налегке

Мы дефилируем – по коридорам скопом? – дудки!
Многоэтажные облаянные будки,
Ввысь ускользаем – мир гробов вручную – нужен,
Лишь тем, кто ест убитый день на ужин!

А птицам – небо, звёзды,
и полёт, и в крыльях чтобы – живы!

И старость не вытягивает жилы!

И переулок в тон трём сёстрам Ориона.
И блещет музыка, и радость арий оных,
Проста, как смех! –

Сойти на землю, снять пуанты?
Пусть, залпом пенится

безумное
спуманте!

© Copyright: Вадим Шарыгин, 2026
Свидетельство о публикации №126110905571